Перекресток улиц Итамара Бен-Ави и Элизера Бен-Иехуды

Перекресток улиц Итамара Бен-Ави и Элизера Бен-Иехуды

В этом очерке мы поговорим о самом обычном перекрестке двух улиц Нетании, большой и широкой имени Итамара Бен-Ави, и маленькой улочки Элизера Бен-Иехуды. Эти два имени значат для Израиля очень и очень многое, и мы будем рады, если кто-то, после прочтения этой заметки, откроет для себя что-то новое.

Начать, пожалуй, следует со второго имени, поскольку так будет правильнее, как в хронологическом порядке, так и в порядке значимости. Имя Элизера Бен-Иехуды связано с историей еврейского народа неразрывно. Для современного Израиля он значит примерно то же самое, что Пушкин, Достоевский и Крылов вместе взятые для русских людей. Почему? Для того, чтобы понять это, нужно вернуться на землю Израиля в 1881 год.

Перекресток улиц Итамара Бен-Ави и Элизера Бен-Иехуды

Лейзер Ицхак Перельман (Элизер Бен-Иехуда)

В этот год, в Палестину приехал рожденный в Российской Империи человек, по имени Лейзер Ицхак Перельман. На момент приезда он был достаточно молод, ему было всего 24 года, но за свою жизнь он успел перепробовать много разных профессий, даже пытался учиться на врача в Париже. Но жизнь у него как-то не складывалось, потому что все, чем он занимался, по его собственному убеждению было «не тем, ради чего он живет». Его приезд в Палестину был одним из этапов поиска самого себя.

Оказавшись в Иерусалиме, он был шокирован тем, что все жители города разговаривали на разных языках. Священный город в конце XIX века представлял собой некое отражение древнего Вавилона: все горожане, независимо от истинной национальности, говорили на своем языке и диалекте. Например, еврейское население говорило на идише, ладино (испанский диалект), на арабском языке, на турецком, на русском. Евреи жили группами, делясь по языковому принципу, и каждый, кто приезжал новый, вливался в ту или иную группу, наиболее близкую к родному языку. И вот тут Лейзер Перельман наконец-то увидел смысл своей жизни.

Еще до переезда в Палестину, ему в голову пришла простая, и одновременно гениальная мысль, разработать язык, универсальный для всех евреев. А здесь, в Иерусалиме, он впервые увидел практическое применение для нее! Сначала целью было объединение разрозненных групп евреев в Палестине, а затем, по его планам, новый язык должны были подхватить евреи в других странах.

Но какой язык нужно было взять за основу? Это сейчас ответ кажется элементарным, а тогда все было совсем не так просто! Выбор любого из имеющихся языков в качестве основного автоматически бы вызвал неприятие выбора другими группами, а так и до гражданской войны недалеко. Требовалось взять за базу язык, общий для всех, но, желательно, никак не возвышающий и не принижающий чувство каждого из представителей групп. И такой язык нашелся!

Живя в Европе, Перельман экспериментировал над возможностями, языка с емким названием «Иврит», который к тому моменту считался «мертвым». Как современная латынь, которую используют только ученые и богословы, он использовался только в богослужениях у иудеев. Большинство евреев были знакомы с Ивритом, поскольку чтение Торы и молитвы считаются занятием обязательным для каждого еврея, но смысл этих текстов был уже почти утерян. Именно Иврит, как знакомый и священный язык для всех евреев, Лейзер Перельман решил вернуть к жизни, и сделать его языком общения.

Перекресток улиц Итамара Бен-Ави и Элизера Бен-Иехуды

Свиток Торы на Иврите

Первым действием, которое он  совершил, используя «новый старый» язык, стала смена его имени. Отныне его стали звать Элизер Бен-Иехуда. С точки зрения человека из России, большой разницы между «Перельманом» и «Бен-Иехудой» почти нет, однако для иерусалимских евреев это имя звучало очень необычно. На Бен-Иехуду, чья семья в Иерусалиме и без того не считалась особо желанной с точки зрения общения, после переименования, вообще стали смотреть, как на сумасшедшего.

Попытавшись донести свои идеи до соседей, он встретил очень сильное сопротивление с их стороны. Судя по биографическим данным, Бен-Иехуда был человеком последовательным и жестким, а потому, выбрав свое направление, решил не сдаваться и не прогибаться под мир. Он принципиально старался при первой возможности общаться с людьми только на Иврите. Девизом его жизни стала фраза «Еврей, говори на Иврите!».

Перекресток улиц Итамара Бен-Ави и Элизера Бен-Иехуды

Сам перекресток, про который мы рассказываем, не представляет собой ничего необычного на первый взгляд

Для того, чтобы понять, на сколько это было противоестественно для жителей Иерусалима на тот момент, просто представьте себе, что в Вашем окружении появляется человек, который исповедует, допустим, древнеславянскую культуру. И не просто исповедует, а пытается и Вас научить древнеславянскому языку, всячески укоряя Вас за использование, допустим, русского.

Естественно, длительное время у него вообще не было никаких последователей. Первым, и долгие годы единственным его учеником была жена, которая верила в него. Это придавало Элизеру силы, по крайней мере, было с кем поговорить. Но, главным его учеником стал сын, которого родители назвали Бен-Цион.

Мальчику по имени «Сын Сиона» была уготована судьба стать первым человеком, от рождения говорившем на Иврите. Элизер Бен-Иехуда запретил жене разговаривать с сыном на каком-либо другом языке, кроме Иврита, пытаясь получить подтверждение собственной теории, о том, что язык «живой» и на нем можно научиться говорить с рождения. Однажды он даже устроил скандал, когда мать начала петь колыбельную на русском языке. По задумке Элизера, Бен-Цион принципиально не должен был слышать другую речь кроме Иврита, воспринимая этот язык как единственный существующий.

Перекресток улиц Итамара Бен-Ави и Элизера Бен-Иехуды

Эвкалипты, растущие недалеко от перекрестка, Бен-Иехуды и Бен-Ави

Это был очень жестокий эксперимент над ребенком, последствия которого проявились только потом, но сначала были большие сомнения, получится ли он вообще. Бен-Цион, не смотря на все старания отца, отказывался говорить совсем, но тот с фантастическим упорством пытался «разговорить» сына. И наконец, в возрасте четырех лет сын заговорил. Возможно, из-за того, что отец менял структуру языка прямо «на ходу», ребенку и было так тяжело понять, чего от него хотят взрослые, но когда он заговорил, он стал первым на планете человеком, говорившим только на Иврите. Отец победил, но сильно осложнил жизнь собственному сыну.

Не знавший никаких других языков мальчик, столкнулся с катастрофической проблемой: его абсолютно не понимали дети на улице. Кроме собственной семьи ему просто было не с кем говорить, но зато, постепенно, другие дети заинтересовались, что же это за странный язык, на котором говорит их друг. Так, Бен-Иехуда стал обучать Ивриту других людей.

Перекресток улиц Итамара Бен-Ави и Элизера Бен-Иехуды

Невдалеке растут другие старые деревья…

Мальчик рос, и постепенно впитывал, кроме Иврита, иные языки, брал из них слова и обороты, помогая отцу структурировать язык, делать его более гибким и живым. Сам Элизер Бен-Иехуда всю оставшуюся часть жизни отдал своей главной работе, — Ивриту. Он старался всеми силами популяризовать язык, выпускал газеты и журналы на нем, привлекая в качестве редакторов и жену (на тот момент уже вторую, потому что мать Бен-Циона умерла от туберкулеза), и сына.

После смерти отца в 1922 году, Бен-Цион продолжил его дело, совершенствуя «изобретенный» отцом язык. Он стал журналистом, писавшим на нескольких языках сразу. Будучи не столь радикален как отец, ему удалось значительно обогатить Иврит заимствованиями из других, наиболее «живых» языков на тот момент. Процесс развития Иврита уже дошел до такой стадии, что его можно было не «подталкивать». Евреи всего мира приняли Иврит, как родной язык, и со всех концов планеты стекались в Израиль для его изучения.

Перекресток улиц Итамара Бен-Ави и Элизера Бен-Иехуды

Бен-Цион Бен-Иехуда (Итамар Бен-Ави)

Бен-Цион Бен-Иехуда сменил свои имя и фамилию. Он много путешествовал по миру с лекциями об Иврите и его истории, и не везде его имя было легким для произношения. «Бен-Цион» он сменил на более простое в произношении имя «Итамар». Так хотела назвать его мать, но по каким-то причинам, это имя было на столько «передовым», что родители не решились давать его ребенку. Зато, став взрослым, он сам взял его, отдав должное памяти матери.

Фамилию «Бен-Иехуда», которая была уже слишком знаменита среди евреев, он также решил поменять на более простую «Бен-Ави». При этом он сохранил в своей фамилии упоминание об отце. Во-первых, написание Бен-Ави на Иврите можно прочитать как «Сын отца моего». А во-вторых, буквы А-В-И являются инициалами, Элизера Бен-Иехуды на Иврите.

Итамар Бен-Ави прожил не менее яркую жизнь. Для Иврита он сделал едва ли меньше, чем отец: ему удалось завершить процесс систематизации языка, именно Итамар ввел в Иврит наибольшее количество устоявшихся оборотов и правил. Он приложил фантастическое количество сил для того, чтобы доказать миру, что детище его отца никоим образом не «искусственный гомункул», который сгинет в небытие.

В своих идеях сделать Иврит доступным всему миру он зашел так далеко, что даже разработал латинизированный вариант Иврита, в котором слова писались латинскими буквами. Сегодня этот проект часто называют «недальновидной затеей», но, если бы Итамару удалось реализовать его, изучение Иврита, а также ведение документации и письменное общение на нем упростились бы до минимума.

Но Итамар жил не только журналистикой и Ивритом. Однажды, ему и его друзьям пришла в головы идея построить собственный город, ну или хотя бы, для начала, деревню. Группа молодых людей и девушек все продумали: город будет располагаться недалеко от моря, а основным источником дохода станут цитрусовые сады. Для осуществления не хватало одной лишь мелочи, — денег.

Перекресток улиц Итамара Бен-Ави и Элизера Бен-Иехуды

Натан Штраус, человек, сделавший многое для всего человечества

Однажды утром, на другом краю света, в США, в кабинет владельца империи магазинов «Abraham & Straus», Натана Штрауса, вошел секретарь, и доложил, что к нему прибыли представители палестинских евреев. Штраус, который регулярно помогал еврейским переселенцам в Палестине понял, что речь снова пойдет о помощи и принял делегацию, во главе которой был сам Итамар Бен-Ави. После долгого разговора, красноречие последнего убедило финансового магната выделить деньги на строительство новой деревни. В благодарность, первые жители деревни назвали ее Натания. В этом названии отразились как имя благодетеля, выделившего деньги на строительство, так и еврейское слово «Натан», что можно перевести как «Данное Богом». Хотя, по заверениям некоторых историков, Итамар обещал назвать новую деревню Натанией даже в том случае, если бы Штраус и не дал денег. Американец и без этого проекта отдал достаточно, чтобы помочь палестинским евреям.

Сам Итамар Бен-Ави быстро понял, что земледелие и уход за цитрусовыми, это совсем не то, чем он должен заниматься, а потому быстро вышел из этого «проекта», переложив его на плечи единомышленников. Друзья же Итамара постарались на славу. Деревня быстро росла и укреплялась, и вскоре она получила статус небольшого города, который также стал называться Нетания, или Натания.

И сегодня, в самом центре Нетании, на перекрестке двух улиц, — маленькой улочки Бен-Иехуды и большого проспекта Бен-Ави сохранились небольшие «перелески» старых деревьев. Это остатки бывших цитрусовых садов и эвкалиптовых рощ, которые высаживали первые жители деревни (мошава) Нетания. Именно отсюда и начался наш замечательный город.

Перекресток улиц Итамара Бен-Ави и Элизера Бен-Иехуды

Эвкалиптовые листья

Найти это место очень просто. Достаточно набрать в Google Maps адрес «Ben Avi 24». История города началась именно здесь в 1929 году.

P.S. Мы сознательно, при написании рассказа, шли по такому долгому пути. Ну что можно сказать про перекрестки улиц, с которых начался город? Подвести человека и сказать: «вот смотри, отсюда все и началось». Но разве это будет интересно? Разве можно будет оценить как хитро переплеталась история улиц, города, людей, даже целого народа, чтобы выйти на этот маленький и незаметный перекресток? Надеемся, у нас получилось хотя бы немного передать наши чувства к этому месту.

Пожалуй, это самый яркий пример фразы «пути Господни неисповедимы», когда сотни маленьких и не взаимосвязанных событий привели к появлению города. И по удивительному стечению обстоятельств, город был основан именно там, где пересекаются улицы имени двух людей, оказавших на все эти события наибольшее влияние.

Оставьте комментарий